Изречения святых отцов:

Кто здесь не плачет о себе, тот будет вечно плакать там. Итак, необходимо плакать или здесь – добровольно, или там – от мучений.

— Авва Арсений

Талеж

DSC-45
  YouTube-logo-full_color   IMG_1116   fb-art   IMG_1116
маринс груп

Святитель Мелетий, епископ Рязанский и Зарайский

Дни памяти: 14/27 января, 5/18 июня

Мелетий РязанскийСвятитель Мелетий, епископ Рязанский и Зарайский (в миру Михаил Косьмич Якимов) родился 29 октября (11 ноября по новому стилю) 1835 года в селе Немском (Нема, Введенское) Нолинского уезда Вятской губернии в семье священника Косьмы Павловича Якимова. Святитель Мелетий, епископ Рязанский и Зарайский и супруги его Александры Капитоновны. В семье Михаил был младшим сыном.

Отец будущего святителя окончил Вятскую духовную семинарию, был он человеком деятельным, исполненным любви ко всему живому, и потому не мог примириться с гибелью жившими на приходе раскольниками. Он проповедовал не только в храме, но часто посещал дома прихожан. Его благочестивые заботы и радости разделяла и жена, внучка причетника, добросердечная и гостеприимная хозяйка.

Во время появления Михаила на свет батюшка Косьма отсутствовал: необходимо было следить за постройкой дома для священнослужителей. Услышав долгожданную весть, он умилился сердцем, созвал всех рабочих и, угощая их, восклицал: «Радуйтесь со мною, Бог даровал мне сына!»

Через год после рождения сына Михаила Косьма Павлович тяжело заболел и 18 октября 1837 года, когда мальчику не исполнилось и двух лет, умер. Его супруга осталась с малолетними детьми на руках и почти без средств к существованию. Семья была обречена на крайнюю бедность. Михаил и его старший брат Павел сызмальства приучились уповать лишь на милосердие Господа и заступничество Божией Матери. Обоим сыновьям было не до забав, свойственных их возрасту. Молитва и чтение Священного Писания стало главным в их жизни.

По мере возрастания братья все более прилеплялись сердцем ко Господу. Душа Михаила стремилась к уединению. Именно тогда, в раннем детстве, в нем созрело твердое решение идти по стопам отца и нести свет истины заблудшим.

Тяжелое детство не озлобило доброго от природы юношу, а, напротив, создало в нем ту религиозную настроенность, которая отличает натуры впечатлительные и мягкие, о которых принято говорить, что они «не от мира сего».

Первоначальное воспитание и образование Михаил Якимов получил в вятских духовно-учебных заведениях, в том числе Вятской духовной семинарии. Еще до ее окончания у него возникло желание уйти в монастырь. Он обратился к настоятелю Успенского Трифонова монастыря архимандриту Амвросию (Красовскому), ректору Вятской духовной семинарии, с просьбой о пострижении в монашество. Несмотря на то, что отцу Амвросию с трудом верилось в возможность его воспитанника — со школьной скамьи стать монахом, 26 марта 1857 года Михаил Якимов был пострижен в рясофор без перемены имени. Его послушанием стало исполнение обязанностей библиотекаря и проповедника. С 1 сентября он получил должность учителя Священной истории и нотного пения в Вятском духовном училище, а затем — надзирателя за учащимися и семинаристами, жившими в монастыре.

В период каникул один из его друзей (впоследствии Вятский кафедральный протоиерей Федор Георгиевич Кабардин) убедил молодого инока продолжить образование в академии. Получив благословение матери и епископа Вятского Елпифидора, Михаил отправился в Казань.

С твердым упованием на милость Господа он выдержал вступительные экзамены. После продолжительного собеседования, видя духовную настроенность, живой ум и твердость характера молодого инока, ректор Казанской духовной академии Иоанн (впоследствии епископ Смоленский) сказал будущему студенту: «Будешь человеком!»

Вскоре Михаил приступил к занятиям. Не прошло и полугода после начала учебы, и 1 февраля 1859 года состоялся его постриг в мантию с наречением Мелетием в честь святителя Мелетия Антиохийского. Затем он был рукоположен во иеродиакона. Однако для того, чтобы сбылось слово ректора, отцу Мелетию пришлось пройти сквозь тяжкие испытания: нападки либерально настроенных студентов, не ведавших Истинного Света и сделавшихся рабами земной суеты.

1861 год определил весь его дальнейший жизненный путь. В апреле того года над академией разразилось дело о панихиде по убитым безднинским крестьянам. Поводом послужило то, что в селе Бездна при введении уставной грамоты для усмирения восставших была употреблена военная сила. Несколько человек погибло. Молодежь Казанского университета сильно возмутил тот факт. Решено было устроить манифестацию и отслужить по убитым крестьянам панихиду на кладбище.

В Вербное воскресенье, когда слушатели духовной академии гуляли во Дворе, мимо них на панихиду проходили толпы университетских студентов. Туда направились и некоторые воспитанники академии. В числе их были священник Яхонтов, уже изрядно тронутый либерализмом, и молодой еще, мягкий по характеру иеродиакон Мелетий. На ектениях местный причт и иеродиакон Мелетий поминали просто «убиенных рабов Божиих» а Яхонтов — с прибавлением «убиенных за свободу и любовь к Отечеству».

Зачинщики панихиды-манифестации были сразу же уволены. Иеродиакон Мелетий, по рассмотрении всех обстоятельств и по указу митрополита Московского Филарета (Дроздова), был послан миссионером в Иркутскую епархию, в Посольский Спасо-Преображенский монастырь на Байкале. Так невидимым и неизъяснимым Промыслом Божиим будущий святитель был определен на самый высокий и благородный в христианстве подвиг апостольства.

Сразу же по прибытии в Посольский монастырь 23 июня 1862 года отец Мелетий был определен миссионером в Селенгинское бурятское ведомство и 3-ю конную бурятскую бригаду Забайкальского казачьего войска.

Начало его служения в Сибири совпало с открытием викариатства для обращения бурят-язычников в православную веру и назначением преосвященного Вениамина (впоследствии епископа Камчатского и архиепископа Иркутского) викарным епископом Селенгинским. Взаимная преданность и любовь связала этих людей на всю жизнь. В одной из первых их совместных бесед, умудренный жизненным опытом и долголетним подвигом, Преосвященный поделился с молодым другом своими жизненными наблюдениями: «Я чем больше живу, тем больше вижу, что все, что не от меня, то ко благу моему». Эти слова подкрепили растерявшегося было начинающего миссионера, послужили ему указанием подчиниться всеблагому Промыслу Божию.

К тому же владыка Вениамин любил повторять: «Судя по себе, я держусь такого убеждения: чем больше труда, хлопот и забот, тем живее дух молитвы; чем меньше забот, тем меньше и молитвы. Кроме того, чем больше живу, тем больше убеждаюсь в единственной надежде спасения благодатию таинств. Оттого всем духовным говорю: литургисай чаще и спасешься». Слова Преосвященного пали на благодатную почву. Заметив несомненные способности молодого проповедника, уже через несколько месяцев его направили на самостоятельную миссионерскую работу — в Кударинскую степную думу.

В декабре 1862 года иеродиакон Мелетий был рукоположен во иеромонаха. С принятием благодати священства душа его расширялась, стараясь обнять своей любовью и каждого человека, и все необозримое пространство Сибири.

С 1862 по 1867 год отец Мелетий с одним сотрудником и одним послушником обратил и окрестил более 500 человек, в основном, глав семейств, в том числе и шаманов.

Даже природные катаклизмы содействовали успеху апостольской проповеди. Сам очевидец событий, происшедших во время землетрясения 1862 года, иеромонах Мелетий ярко описал случай обращения одного из бурят-язычников ко Христу. Единственная дочь этого человека упала во время землетрясения в образовавшуюся в земле трещину. Расселина была так глубока, что не было никакой возможности спасти погибавшую, и она оказалась заживо погребенной в той ужасной могиле. Великое горе несчастного не могли утолить ни сочувствие близких, ни камлание шаманов, ни заклинания лам, у которых отец погибшей искал утешения. Душевный мир он обрел только в недрах Христовой Церкви, вняв открытым сердцем словам Господа: «Приидите ко Мне вси труждающиеся и обременении и Аз упокою вы» (Мф. 11, 28).

Среди миссионерских трудов он написал сочинение «О переводной церковно-канонической литературе в древней России», за которое в 1865 году был удостоен степени кандидата богословия.

Для православных Кударинского стана о. Мелетий построил храм, освященный во имя св. Апостолов Петра и Павла. 1 июня 1867 года он переехал в Тунгуйскую степь, населенную ламаитами и окруженную поселениями раскольников. И здесь для новокрещеного населения им устраивается несколько храмов по р. Хилке: в Ташелане, Тарбагатае, Катаевском, в Узком Лугу, на Кирети.

Усердные труды будущего святителя скоро привлекли к нему внимание: он был награжден набедренником, через два года — получил благословение Святейшего Синода за обращение в Православную веру из язычества 200 человек и архипастырскую благодарность преосвященного Парфения за построение храмов.

Малое количество миссионеров на бескрайних пространствах Сибири вынуждало Епархиальное начальство непрерывно переводить их с одного места на другое, чтобы охватить словом проповеди как можно больше бурят-язычников. С сентября 1872 года иеромонах Мелетий получил новое назначение: проповедовать среди бурят и тунгусов — на границе Монголии, в Цаган-Усунском стане и Цакире.

22 октября 1872 года он по поручению архиепископа Парфения освятил Цакирскую церковь в честь святителя Николая. Но деятельность отца Мелетия здесь не была столь продолжительной, как на прежнем месте. Вскоре произошли события, повлиявшие на его дальнейшую жизнь. В июле 1873 года в Посольском монастыре он приветствовал назначенного на Иркутскую кафедру из Камчатской епархии преосвященного Вениамина, под руководством которого начиналось его миссионерское служение в Сибири. 30 августа 1873 года архиепископ назначил отца Мелетия начальником Иркутского отдела духовной миссии и настоятелем Ниловой пустыни в Саянских горах.

Все 12 лет миссионерской службы отец Мелетий терпел в Сибири материальные трудности: местные власти миссии не помогали; жалование миссионерам, выдаваемое из частных пожертвований, не превышало 150 рублей. Но и из этих скудных средств они должны были значительную часть тратить на поездки по делам миссии, причем, учитывая масштабы Сибири, на довольно большие расстояния. С учреждением православного миссионерского братства в Москве жалование миссионеров возросло до 400 рублей, но и эти деньги миссионеры тратили на нужды миссии.

В то время, когда отец Мелетий приступил к обязанностям начальника и делал первые шаги на этом поприще по укреплению позиций миссии и расширению сферы ее влияния среди местного населения, он занимался и вопросами церковно-приходских школ на окраинах империи. Миссионер также отправляется в Казань для изучения методов перевода христианских книг на языки малых народов России.

Во время пребывания вне миссии он побывал и на родине в Вятской губернии в гостях у матери и брата-иерея в селе Верховойском Нолинского уезда, а также на богомолье в Москве и Киеве. В Казани он прожил до мая 1875 года. В работе по переложению христианского учения на разговорный бурятский язык отцу Мелетию помогал бурят Яков Чистохин, его келейник (впоследствии миссионер Тункинского края). В Казани вышла в свет первая книга на бурятском языке «Поучение к новокрещенным о святой христианской вере», в основу которой архимандрит Мелетий положил проповедь преосвященного Вениамина при крещении балаганских бурят.

Возвратившись в Иркутск, отец Мелетий продолжал работу по переводу православных книг на бурятский язык и в следующем году подготовил для издания четыре статьи, которые были напечатаны отдельной книгой — «Учение о святой православной христианской вере в беседах с бурятами». Затем это издание было дополнено переводом священной истории Ветхого и Нового завета, житием святителя Николая. Продолжалось и его сотрудничество с журналом «Иркутские Епархиальные ведомости».

Главной же заботой отца Мелетия оставалась миссионерская деятельность. Ей он отдавал все свои силы, все свое время: за 5-летнее управление архимандрита Мелетия в Иркутской миссии было обращено в православную веру 11 695 язычников. Несомненно, что в этом деле были велики его личные заслуги. Успехи Церкви на востоке Российской Империи не остались без внимания: 5 августа 1878 года архимандрит Мелетий был назначен епископом Духовной миссии в пределах Забайкальской области; 5 ноября того же года — во епископа Селенгинского, викария Иркутской епархии, со званием начальника Забайкальской духовной миссии.

До 1880 года новый епископ пребывал в Посольском Спасо-Преображенском монастыре, а затем переехал в город Читу, чтобы быть ближе к своим «инородческим» прихожанам.

Еще до приезда туда на жительство владыка однажды совершал богослужение в Читинском соборе. В церкви находилась покойница — старушка, простая мещанка. После литургии святитель Мелетий остался для ее отпевания и после него пошел за гробом на кладбище. Простота и доброта преосвященного Мелетия до того поразила читинцев, что они с тех пор полюбили его.

В апреле 1880 года епископ Мелетий был представлен к ордену святого благоверного князя Владимира III степени. Символично стало награждение орденом равноапостольного князя, крестившего в свое время Русь и прозванного Красным Солнышком. Внимательный до мелочей, заботящийся и о духовном воспитании пасомых, и о процветании края, любвеобильный святитель стал таким же Солнышком для новообращенных.

Особо заботился святитель о благоустройстве их быта, подчеркивая, что от них зависит как упрочение миссии, утверждение их в вере, так и дальнейший успех миссионеров на этих обширных пространствах в борьбе с язычеством и ламаизмом.

В 1881 году исполнилось 200 лет Забайкальской духовной миссии, основанной миссионерами-игуменами Феодосием и Макарием. Перед этим, в ознаменование столь важного для жизни края события, преосвященный Мелетий в течение 3-х месяцев, с мая по июль, объехал все Забайкалье: служение в ознаменование юбилея миссии было проведено им во всех храмах.

В 1882 году владыка организовал и открыл в Чите церковное Братство св. Кирилла и Мефодия и святителя Иннокентия, что способствовало увеличению числа церковно-приходских школ. За время управления епископом Мелетием Забайкальской миссией было обращено и просвещено святым крещением 3956 язычников-шаманистов и ламаитов.

В связи с вызовом владыки Вениамина в Москву для присутствия в Синоде в 1886 году святителю Мелетию было поручено управление церквами Забайкальской области уже на правах епархиального архиерея. А 5 июля 1888 года преосвященный Мелетий был назначен на Якутскую кафедру.

В Якутск епископ Мелетий прибыл 16 сентября 1889 года и начал свою деятельность с обозрения обширной епархии. В дальнейшем, несмотря на жесточайшие погодные условия, владыка даже в зимние месяцы ежегодно объезжал улусы, проповедуя слово Божие, служа в храмах епархии Божественную литургию. Особенно заботился о просвещении народа: в крае было открыто много церковно-приходских школ.

За 5 лет в епархии освящено 14 церквей; 2 были построены на монастырской территории – их затем сплавили вниз по Лене в Жиганск и Булун; намечено было открыть 15 новых приходов, заложено несколько новых церквей: при всех церквах открывались церковно-приходские школы, что способствовало религиозно-нравственному просвещению в епархии. Упрочению этого важного дела в жизни края помогало церковное братство во имя Христа Спасителя, учрежденное владыкой в Якутске 16 августа 1892 года. Не было такого вопроса в окружающем мире, который бы не затронул в той или иной степени его внимания с самого момента прибытия на якутскую кафедру. Когда он узнал, что в лесах, изолированно от общества живут прокаженные, по его инициативе в «Якутских Епархиальных ведомостях» в 1890 году была напечатана статья «Проказа в Вилюйском округе».

Публикация нашла отклик. В 1891 году в Якутск приехала английская сестра милосердия мисс Кэт Марсден, которая первоначально собиралась отправиться к прокаженным Колымы. В Англии, Америке, России сестра милосердия была известна своим стремлением и способностью находить средства на строительство приютов для больных проказой (лепрозориев), и теперь, откликнувшись на обращение Якутского владыки, она решилась отдать все силы облегчению положения несчастных больных Вилюйского округа. В пользу прокаженных Якутской области по решению обер-прокурора Св. Синода К. П. Победоносцева был открыт прием пожертвований. В Вилюйском округе юрточным способом построили колонию. Из Московской общины сестер милосердия приехали три сестры милосердия для работы в поселении прокаженных, летом 1892 года прибыл опытный врач Д. С. Гимер. На пожертвования была возведена церковь во имя св. великомученика Пантелеимона, выстроен зимний лазарет. Освящение колонии самим архиереем состоялось 5 декабря 1892 года во время обозрения им храмов Вилюйского округа. Кроме того, по предложению преосвященного, попечитель лепрозория, вилюйский купец И. В. Харитонов, выстроил усыпальницу в честь св. праведного Лазаря Четверодневного, пожертвовал 500 пудов хлеба для больных.

Активная позиция епископа Мелетия способствовала прекращению эпидемии: вместо тысяч возможных больных в колонии собрали 100 явно зараженных. Заботу о прокаженных Колымского округа он возложил на приходское попечительство Средне-Колымского Покровского собора, в том числе строительство богадельни, отвечающей по санитарным нормам ее назначению.

Преосвященный Мелетий всегда воспринимал новые обязанности как дар Божий, позволяющий с большим успехом нести слово Божие людям. 12 февраля 1893 года он был избран почетным членом состоящего под покровительством Великого князя Владимира Александровича православного Князь-Владимирского братства в Берлине. Вместе с тем все трудности: неутомимые миссионерские труды, занятия епархиального управления, отдаленность этой обширнейшей территории Российской империи от центра, чрезвычайно суровые климатические условия, бездорожье, усугублявшие усыпанный терниями путь епископа Мелетия в апостольском служении во славу Божию, – не мешали литературной деятельности владыки. Из-под его пера выходили многочисленные статьи, книги, проповеди, миссионерские записки и отчеты, содержащие интересные исторические и этнографические факты, регулярно печатавшиеся в номерах журнала «Иркутские Епархиальные ведомости» и перепечатывавшиеся в «Страннике», «Православном Обозрении», «Миссионере».

Святитель, духовной зрелостью уже вошедший в полноту возраста Христова, приложил столько трудов и стараний к процветанию Якутского края, что современники искренне и с полным правом называли его апостолом Якутии.

Для опытного миссионера не было второстепенных проблем, если это касалось жизни его прихожан, а также тех, кто впоследствии призван будет пополнить ряды новокрещенных.

В 1895 году указом императора Николая II святитель Мелетий был сопричтен к ордену святого благоверного великого князя Александра Невского. Это было очень высокой наградой, но владыка воспринимал все почести, словно из рук Господа. Душа его была полна мира и тихой радости о Господе.

Однако на склоне лет все чаще давали знать о себе многочисленные болезни. Не раз задумывался святитель о том, что хорошо бы последние годы жизни провести на родной, русской земле. И вот его желание исполнилось: 14 октября 1896 года преосвященный Мелетий был назначен на Рязанскую кафедру. 27 декабря, после напутственного молебна в Крестовой церкви, отбыл из Якутска к новому месту служения.

17 февраля 1897 года Рязань после долгих ожиданий встречала епископа Мелетия, Рязанского и Зарайского, проехавшего 7774 версты от Якутска до Рязани за полтора месяца.

В 12.15 преосвященный Мелетий с курьерским поездом прибыл на станцию «Рязань», где его встретили губернатор Н. С. Брянчанинов, преосвященный Полиевкт, епископ Михайловский, члены Консистории, ректор и инспектор семинарии, городской голова, представители учреждений и горожан. С Рязанского вокзала под колокольный звон всех церквей города владыка проследовал в Рождественский кафедральный собор. Епископ Мелетий произнес первую назидательную речь, в которой кратко рассказал о своей более чем 30-летней службе в Сибири и обратился к священникам с призывом к взаимодействию в духе мира и любви на поприще духовного служения. По окончании речи владыка совершил благодарственный молебен Господу Богу. Затем краткий молебен был совершен в Крестовой церкви Архиерейского дома. Так прошел первый день епископа Мелетия в Рязани.

Несмотря на недуги — результат миссионерских трудов, — владыка, верный долгу, совершал подвиг служения Богу в духе апостольской ревности, христианской любви, кротости. Рязанский край не стал местом его отдохновения, хотя и пространства были здесь не столь велики, как в Сибири, и пути сообщения более удобны, и климат не так суров. Заботы его были не менее тяжкими. Если в Якутской епархии на попечении владыки было 80 церквей, то в Рязанской — более 1000. Архипастырь, смиренно совершавший служение в обширных, суровых просторах Восточной Сибири, терпя лишения, невзгоды, скорби и страдания, душевные и телесные, при ежегодных путешествиях по необозримой тундре, в непроходимых лесах и горах, в бурю и зимнюю пургу, в среде невежественных племен, часто больных тяжкими инфекционными заболеваниями, в том числе и проказой, продолжал ревностно нести огонь веры Христовой на святой Рязанской земле, находясь более трех лет на епископской кафедре.

Ознакомившись с делами Епархиального управления, владыка начал с поездок по своей новой епархии. Он побывал в самых отдаленных ее уголках с обозрением церквей и монастырей, с архиерейским служением, с освящением вновь построенных храмов. Причем праздничное служение его практически всегда сопровождалось проповедью. Все речи епископа Мелетия, по воспоминаниям современников, отличались задушевной простотой, разнообразным содержанием, дышали чистой любовью и искренним желанием исправить, предостеречь верующих от тех или иных пороков и опасностей. Он побывал в Касимовском, Спасском, Егорьевском, Зарайском, Пронском, Данковском, Ряжском, Скопинском уездах.

Всегда и везде святитель Мелетий призывал всех к миру и любви, к строгому хранению веры православной и отказу от разного рода лжеучений.

Вся жизнь владыки свидетельствовала — о чем он проповедовал в слове, того придерживался и в жизни.

8 июня 1898 года, по распоряжению преосвященного Мелетия, в Рязани состоялся I Миссионерский Епархиальный съезд. Для участия в столь знаменательном событии были вызваны окружные и благочиннические миссионеры (в епархии их было в то время около 35 человек), священники тех приходов, где проживало более всего раскольников.

Обращаясь к миссионерам, святитель говорил, что «посылаемые на это служение… должны быть учительны, мудры, яко змия, и в действиях своих искусны и целы, яко голубие. Мудрость миссионеров должна состоять в чистоте веры в Господа нашего Иисуса Христа, являемой христианским житием… Добрая, христианская жизнь пленительна для ума и сердца: она сама преклоняет к себе сердца других. И это — вернейший залог успеха в обращении заблудших. Всегда успешна бывает проповедь миссионера, когда у него слова не расходятся с делом, исходят из сердца не раздвоенного, а пребывающего в Боге».

Святитель Мелетий посвящал много сил и времени делу просвещения подрастающего поколения. Не удивительно поэтому, что он обращал особое внимание на работу церковно-приходских школ. В своей речи в Рязанской духовной семинарии при открытии педагогических курсов для учителей церковно-приходских школ 21 июня 1898 года он подчеркивал, что «народ русский искони православный, чутьем почувствовал благодатное влияние церковно-приходских школ и показал полное доверие к церковному обучению и воспитанию детей своих в духе веры и благочестия».

Обращаясь к учителям, избравшим свой благородный, но нелегкий путь, епископ Мелетий говорил: «Такова истинно верная и твердая постановка дела народного образования! Сохранится в народе святая вера благочестивых предков, оберегаемая пастырями и учителями Церкви, — в том спасение народа в роды родов». «Многие устремились подражать Западу и, увлекшись ложным просвещением, получили жалкие результаты безрелигиозности и истощения сердечного в суете мира сего». Теперь предстоит… «не малая забота о заблудших», «уловленных в хитро расставленные сети… совратителей». Он призывал: «Усугубим, отцы и братья, свою ревность о развитии истинно-христианского просвещения народа чрез обучение истинам св. веры и благочестию. И тогда народ сам даст отпор соблазнам иноверия и лжеверия всякого». Владыка в своих выступлениях, речах на годичных собраниях членов Рязанского комитета Православного Миссионерского Общества, епархиальном съезде миссионеров, который состоялся в Рязани в июне 1898 года, подчеркивал, что по обетованию Божию Евангелие должно быть проповедано всем народам земли.

В Рязани святитель Мелетий возглавлял Комитет Императорского Православного Палестинского Общества, состоящего под покровительством Великого князя Сергия Александровича, а также являлся председателем Братства св. Василия Рязанского.

В конце 1899 года для поклонения древней чудотворной Казанской иконе Божией Матери в город Ряжск Рязанской губернии приезжал прославленный ныне в лике святых протоиерей Иоанн Кронштадтский. 16 декабря Иоанн Кронштадтский сослужил преосвященному Мелетию при совершении Божественной литургии, а затем пред чудотворной иконой они вместе отслужили молебен.

Продолжал святитель на Рязанской земле и свою исследовательскую и литературную деятельность. Он был одним из достойнейших продолжателей дела создания Рязанского Церковного Древлехранилища, начатого еще в 1851 году святым Гавриилом (Городковым), архиепископом Рязанским и Зарайским.

Недолгим было правление епископа Мелетия на Рязанской кафедре, но годы эти, как и ранее в Сибири, были насыщены трудами на благо верующих.

Епископ Мелетий принадлежал к числу тех редких цельных натур, характер которых определяется двумя-тремя чертами, ибо они не разбрасываются, всегда постоянны и остаются верными себе от начала и до конца своей жизни.

Три главные черты определяли нравственную личность святителя: христианская совершенная вера, христианская любовь, преимущественно в том ее виде, который именуется кротостью, и постоянство в том и другом.

Христианская любовь к ближнему, любовь согревающая и благодатная, — божественная искра в его душе, была путеводительницей, помогающей преодолевать все трудности и лишения на жизненном пути с кротостью и смирением, с глубоким осознанием своего долга. Жизнь святителя была подвигом, перед которым благоговейно преклонялись даже его современники.

Воистину, владыка Мелетий всегда был подвижником «веры, любви, благости и кротости…» За веру Христову он отдал всю жизнь.

До последних дней своих владыка не прекращал архиерейского служения в Рождественском кафедральном соборе и в Крестовой церкви Архиерейского дома. Скончался святитель Мелетий 14/27 января 1900 года.

«Рязанские Епархиальные ведомости» в № 3 за 1 февраля 1900 года в официальном отделе поместили следующее сообщение: «14-го числа сего января преосвященнейший Мелетий, епископ Рязанский и Зарайский, волею Божией скончался». Но рязанцы уже давно знали об этом: 18 января они проводили почившего владыку до места его упокоения — Архангельского собора.

Святитель Мелетий был причислен к Собору Сибирских святых в 1983 году. Сам Господь решил прославить мощи Своего угодника: спустя почти сто лет после кончины святителя, в 1998 году в соборе Архангела Михаила Рязанского кремля были обретены мощи святителя Мелетия. Произошло это 18 июня, накануне празднования Собора Рязанских святых и Собора Сибирских святых, накануне юбилейных торжеств в честь 800-летия Рязанской епархии.

Несмотря на то что со времени кончины святителя прошло около ста лет и погребенный находился в неблагоприятных условиях, мощи святого Мелетия оказались нетленными. И Господь не замедлил прославить Своего угодника чудесами.

После поднятия мощей иконы Спасителя, Божией Матери и апостола Иоанна Богослова, находящиеся в центральной части алтаря Архангельского собора Рязанского кремля и завернутые в толстую бумагу для предохранения от запыления во время земляных работ, проявились сквозь нее. Этот факт подтверждают участвовавшие в раскопках.

Одна из сотрудниц Рязанского историко-архитектурного музея-заповедника рассказывала: «До обретения мощей святителя Мелетия я страдала многими заболеваниями, перенесла множество операций. После того как я получила частицу мощей, мои болезни исчезли».

18 сентября 1998 года мощи святителя Мелетия были перенесены в Рязанский Свято-Троицкий монастырь.

Жительница Рязани Т. Р. в августе 1998 года пришла в Троицкий монастырь в состоянии скорби и безысходности. Поначалу молилась святителю Николаю, а когда в сентябре в монастырь перенесли мощи святого Мелетия, она с глубокой верой и надеждой обратилась к нему. Уехав из Рязани, при молитвенных обращениях к святителю она никак не могла вспомнить его имя. И вот однажды ей приснился сон: она входит в монастырь, в храме направляется к раке святителя и ее не оставляет мысль, как же она обратится к святому, если не помнит его имени; и вдруг отчетливо и ясно слышит голос: «Мелетий. Святитель Мелетий».

С тех пор у нее появилась еще большая надежда на помощь святителя Мелетия.

1 апреля 1999 года, в 11 часов 30 минут, эконом монастыря, подойдя к раке, чтобы приложиться к мощам святого, внезапно почувствовал исходящее от них благоухание. Сразу же рассказал об этом чуде наместнику монастыря архимандриту Андрею. Опросив всех присутствующих в храме, не помазал ли кто-либо раку благовонным маслом, отец Андрей получил отрицательный ответ. Да и сам запах не напоминал ни одно из известных благовоний. В течение 10 дней все, приходившие в храм, в большей или меньшей степени чувствовали аромат, исходящий от гробницы. Временами благоухание то усиливалось, то уменьшалось, волнами проходя по храму.

31 мая 1999 года, по благословению Святейшего Патриарха Алексия II, состоялось торжественное прославление святого во святых мощах его.

 

Тропарь святителя Мелетия, епископа Рязанского и Зарайского

глас 5

Церкве Христовы Светильниче, земли Рязанстей и Сибирстей украшение,Святителю Мелетие, Владыце всех молися, мир вселенней даровати и душам нашим велию милость.

Кондак святителя Мелетия, епископа Рязанского и Зарайского

глас 3

Днесь Собор Рязанских и Сибирских Святых предстоит в Церкви, и невидимо за ны молится Богу. Днесь Церковь небесная и земная ликовствует, Ангели и Святии радуются, купно паства с ними веселится, прославляя обретение мощей Святителя Мелетия, нас бо ради молят вси Превечнаго Бога.

Источник: сайт Рязанской епархии

Оставить отзыв